Покушение на Изабеллу Католическую.

В разгар Гранадской войны, во время изнурительной осады Малаги в 1487 году, произошло событие, которое могло кардинально изменить ход испанской истории — покушение на Изабеллу Католическую. Этот драматический эпизод был организован таинственным мусульманским аскетом, чьи действия и мотивы были подробно задокументированы королевскими хронистами.

Осада Малаги, начавшаяся в мае 1487 года, стала одним из самых кровопролитных и решающих этапов Гранадской войны (1482-1492). Христианская армия под командованием Фердинанда Арагонского, состоявшая из примерно 20 000 всадников и 50 000 пехотинцев, столкнулась с отчаянным сопротивлением 15-тысячного гарнизона насридской Малаги. Особую ярость в бою проявляли североафриканские наемники-гомеры, которых хронист Эрнандо дель Пульгар описывал как «бесчеловечных людей».

Первоначальная тактика христиан заключалась в прорыве стены крепости Хибральфаро с помощью мощной артиллерии под командованием Франсиско Рамиреса де Мадрида. Однако защитники города отвечали дерзкими ночными вылазками, нанося ощутимые потери осаждающим. Затянувшаяся осада и упорное сопротивление защитников вызвали уныние в христианском лагере. Чтобы поднять боевой дух войск, король Фердинанд попросил королеву Изабеллу прибыть в лагерь. Именно ее присутствие едва не привело к трагедии.

Главным действующим лицом покушения стал Ибрагим аль-Герби, дервиш родом с тунисского острова Джерба. Хроники описывают его как истощенного пожилого человека «с седой неухоженной бородой и лицом, изрезанным глубокими морщинами». Он долгое время жил в Гуадиксе, где прославился как святой и прорицатель. Утверждая, что получил откровение от самого Аллаха, аль-Герби убедил около 400 последователей отправиться с ним в Малагу, чтобы снять осаду. Части его отряда удалось ночью прорваться в город.

Сам же аль-Герби избрал иной путь. Он демонстративно сел медитировать в центре христианского лагеря, где на рассвете и был схвачен. Его допросил Родриго Понсе де Леон, маркиз Кадиса. Аль-Герби заявил, что ему известна дата падения Малаги, но он откроет эту тайну только лично монархам. Заинтригованный маркиз доложил об этом королю и королеве.

Поскольку Фердинанд в тот момент отдыхал, Изабелла отказалась принимать пленника в одиночку. В ожидании аудиенции аль-Герби отвели в соседний шатер, где находились приближенные королевы: дон Альваро де Португалия (двоюродный брат короля) и Беатрис де Бобадилья, маркиза де Мойя, ближайшая подруга и камерария Изабеллы. Они проводили время за игрой в шашки.

Увидев роскошные одежды и богатое убранство шатра, аль-Герби, не знавший кастильского языка и придворного этикета, решил, что перед ним находятся король и королева. Не раздумывая, он выхватил спрятанный в одеждах альфанхе (короткий кривой меч) и набросился на них. Первым удар получил дон Альваро. Посчитав его мертвым, убийца атаковал Беатрис де Бобадилья. На ее крики немедленно прибежала стража и другие придворные, которые буквально растерзали нападавшего.

Покушение провалилось из-за трагической ошибки. Дон Альваро был тяжело ранен, но выжил. Беатрис де Бобадилья отделалась легкими ранениями. Впоследствии королева щедро наградила обоих: Беатрис получила дома в Севилье и тридцать рабынь из числа плененных в Малаге, а дон Альваро — севильские верфи (Атарасанас) и Алькасар.

Тело Ибрагима аль-Герби было заброшено катапультой за стены Малаги. Его последователи с почестями похоронили своего «святого» и в отместку жестоко убили знатного христианского пленника, отправив его тело в лагерь осаждающих. Это событие заставило монархов принять беспрецедентные меры безопасности: была учреждена постоянная личная охрана из двухсот рыцарей, а доступ мусульман в королевский лагерь был строго ограничен.

Этот инцидент был подробно описан ведущими хронистами той эпохи, включая Алонсо де Паленсию и Эрнандо дель Пульгара, и нашел отражение в искусстве. Наиболее известными изображениями являются:

•Барельеф на хорах собора в Толедо (1489-1495), созданный скульптором Родриго Алеманом (Дуке) по заказу кардинала Мендосы.

•Картина «Эпизод из войны за Малагу» (1850) кисти Рафаэля Техео Диаса, придворного художника, которая ныне хранится в Королевском дворце в Мадриде.